windsurfing.su

Виндсерфинг в России


Кандидат биологических наук и большой энтузиаст виндсерфинга Сергей Иванович Найдич и впрямь человек неугомонный. Впервые читатели познакомились с ним в четвертом номере "КиЯ" за 1985 год, когда мы опубликовали его путевые заметки "На парусной доске по Азовскому морю". Позднее он совершил тренировочный переход из Керчи в Ялту, затем - из Евпатории до Сухуми, когда за 10 дней покрыл 412 миль. О старте и отдельных этапах этого плавания рассказывалось в программе "Новости" Центрального телевидения и в радиопрограмме "Маяк".

Свой отчет о трудной десятидневке С. Найдич присылал в нашу редакцию, но в силу некоторых обстоятельств мы не смогли его опубликовать. А теперь не лишним будет привести один отрывок из того материала. Возможно, он и не очень эффектный, не столь броский, но как нельзя лучше подкрепляет данный статье заголовок. Сергей Иванович писал: "Честно говоря, я был застигнут врасплох налетевшим штормом. Предыдущие удачные этапы очень уж расслабили меня и вызвали полную успокоенность. Теперь же испытываю невероятное напряжение, усиленно работаю всем телом, стараясь своевременно среагировать на порывы ветра и удары волн. Выкладываюсь, вроде, полностью, но психологически настроиться на борьбу все равно не могу. Не могу отвлечься от ощущения неуверенности и какой-то ребяческой обиды на неблагоприятно сложившиеся обстоятельства. Не удается и сосредоточиться на чем-нибудь важном. Бессвязные, пустые мысли проносятся в сознании. Видимо, движение на парусной доске в одиночестве забирает все же очень много энергии и эмоций. Гораздо больше, чем мы себе представляем. Помню, во время азовского перехода я пытался петь песни, читать стихи для снятия эмоционального стресса, но сейчас этого делать не хочется. Мне вообще ничего не хочется и даже кажется, что если я сию же минуту брошу парус и перейду на яхту, то и там меня исключительно все будет раздражать. И очень скоро, вероятно, я снова попрошусь на доску".

Иначе и не может быть, если виндсерфер стал частью жизни, и частью - значительной, а планы расширялись и усложнялись. Вот, наконец, исполнена и давнишняя мечта - обогнуть Черное море. Научный руководитель экспедиции "Черное море-89" член-корреспондент АМН СССР профессор Н. А. Агаджанян и начальник экспедиции кандидат биологических наук С.А. Шастун прислали нам свое описание этого уникального плавания, дав очень высокую оценку мужеству спортсмена и результатам экспедиции в целом. Кстати, они сообщили также, что на основании дневника научно-спортивной экспедиции и судового журнала яхты сопровождения зарегистрированы следующие личные достижения С. Найдича: - прохождение на парусной доске по периметру Черного моря за 35 дней; - прохождение за 25 ходовых дней 1240 морских миль; - наибольшая продолжительность непрерывного движения - 9 часов; - наибольшая скорость - 70 миль за 11 часов.

Пресса не обошла вниманием плавание энтузиаста. Газета "Правда" отнесла его даже к современным приключениям, опубликовав 10 ноября репортаж "По воде аки по суху". В нем, к слову, есть такие строки: "В Румынии "летучего голландца", то бишь евпаторийца, встретили работники посольства. Они были восхищены смелостью Найдича. А еще удивила незадачливость искателя приключений. Сергей встал под парус, не имея визы на посещение Турции. Пришлось дипломатам связываться со своим коллегой в Анкаре. Пока мореплаватель отдыхал, столица дала добро на свободный вход в Босфор.

Если верить газете, то произошел в пути и еще один занятный случай. В болгарских водах Сергея окружила стая дельфинов. Сначала они плыли за доской, а осмелев: "стали подныривать под "Виндгляйдер", раскачивать необычное судно. Побалуются, расплывутся по сторонам и наблюдают, чем закончится их игра с человеком. А чем же она могла закончиться? Появилась неуверенность, нарушилась координация движений, всякий раз после качки с трудом удавалось ловить в парус ветер. 500 раз оказывался Сергей в купели вместе с дельфинами. Зачем им понадобилось испытывать капитана?" И, действительно, зачем? Может для того только, чтобы сделать приключения поострее? Но не в этом дело, как и не в эпитетах, которыми был награжден С. И. Найдич. Публикуя отрывки из "Правды", мы просто хотели обогатить заметки нашего автора, в которых он об интересных, вроде бы, фактах почему-то не обмолвился ни словом.

А писал Сергей Иванович вот что в своем материале:

Переход осуществлялся на серийном "Виндгляйдере" производства Таллиннской судоверфи: 3,90 м, ширина - 0,62 м, площадь паруса - 6,0 м.кв. Желание продолжить изучение особенностей жизнедеятельности человеческого организма в экстремальных условиях многодневного перехода на парусной доске заставило меня летом 1989 года предпринять плавание на виндсерфере по периметру Черного моря. И оно состоялось. С 16 июля по 20 августе этот виток протяженностью 1240 миль был покорен.

Плавание проходило в рамках научной экспедиции Университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы, во время которой научные сотрудники, помимо исследований психофизиологических и биоритмологических реакций виндсерфиста и членов экипажа яхты сопровождения "Глория" (из г. Саки), проводили также экологический контроль прибрежной акватории. Специально для этой экспедиции ее организаторы позаботились об особой комфортности "Глории - серийного "однотонника" СТ-35, и увеличении автономности плавания. Из стеклопластика была выклеена новая рубка, позволившая образовать в корме отдельную трехкоечную каюту. Удалось увеличить полезную площадь носовой каюты и установить в ней диван, разместить дополнительные емкости для воды и топлива, в погон гика-шкота и приборную доску передвинуть в корму.

Как и в прежних переходах, я шел на Виндгляйдере , дополнительно используя штормовой парус 4 м и трапецию. Это плавание ежедневно преподносило мне совершенно неожиданные сюрпризы. Прежде всего следует отметить отсутствие бризовых погод и наличие свежих ветров 14-18 м/с, что на фоне сильного волнения моря приводило к прогрессирующему истощению организма. На первом же этапе от Евпатории до Черноморского я попал в, казалось бы, привычные для меня штормовые условия, и все же получил неприятный психологический удар. Шторм настолько измотал всю экспедицию, что пришлось сделать незапланированный день отдыхе. Затем на выходе из бухты Узкая в был "атакован" пограничным катером, который из-за несогласованности береговых и морских служб принял меня за злостного нарушителя пограничного режима плавания. При сильном и беспорядочном волнении моря от этой встречи на корпусе "Виндгляйдера" остались даже царапины. На следующий день - новая неприятность: В 25 милях от Одессы, во время переходе на яхту для обследований, я утопил шверт. Я испытал огромное огорчение, поскольку запасного не было, да и опыте хождение без шверта при сильном ветре не имел. Пришлось забыть про неуверенность и собраться, чтобы благополучно дойти до гавани одесского яхт-клуба. После дня отдыха наш путь лежал в Констанцу. И вновь все время дует свежий ветер 16- 18 м/с Дабы не снижать скорость и пользуясь благоприятным курсом - галфвинд, иду с основным парусом на трапеции, на ходу осваивав практически новый для меня режим плавания в сложных погодных условиях. Со скоростью более 7 узлов в шел свыше пяти часов. Затем последовал 30-минутный перерыв для обследований и обеда и вновь пять часов бешеной гонки. К концу дня я был похож лишь на подобие живого человека. Еще более трудным выдался следующий день. После столь изматывающих нагрузок в Констанце пришлось отдыхать целых два дне.

На пути в Варну при движении ночью разыгрался сильнейший ветер. Прямо скажу, удовольствия не испытал. На фоне обостренной чувствительности иллюминация светящейся воды, веером вспыхивающие искры казались чем-то мифическим и пугающим Шестичасовой фордевинд при 6-балльном ветре и большой волне так меня измотал, что я начал часто падать. С трудом, уже перейдя на движение в бакштаг, в добрался до входе в порт и лишь тогда перешел на яхту.

За единственный предусмотренный день отдыхе я познакомился с одним из сильнейших виндсерфистов Болгарии Николо Дуковым. С ним-то мы и пошли на Бургас. И вновь - фордевинд. И снова сильный ветер и волна. Можете судить о "легкости" данного отрезка пути, если в самом конце пути ЭКГ зарегистрировала перенапряжение сердца. После терапии препаратом женьшеня и короткого отдыхе состояние нормализовалось и мы вышли на Стамбул. В турецких водах произошла интересная встреча. Находясь далеко позади нашей яхты, в прошел совсем близко от моторки с рыбаком, который улыбкой ответил на мое приветствие. Тогда я подошел прямо к лодке, положил парус на воду и поздоровался с ним за руку. Поговорили с помощью жестов и мимики. Он понял, что я русский, иду из Крыма в Стамбул и что, видать, очень силен, если отклонил его предложение подбросить меня до места на моторке. Расхохотавшись по этому поводу, мы распрощались.

В восемь часов вечере открылся вход в Босфор. Освещенные склоняющимся к закату солнцем величавые мысы Румели и Анадолу казались золотыми столбами, воротами в таинственную и волшебную страну. В пролив вошли уже в сумерках и поэтому решили заночевать в рыбацкой гавани поселка Румели-фенери. Первое, что сделали турецкие рыбаки после швартовки яхты,- принесли поднос с самоваром и турецким чаем. Теплое дружеское общение длилось долго, в незнание языков не явилось помехой.

На следующий день, пройдя изумительный по красоте Босфор, мы остановились в первоклассном яхт-клубе Атакёй-Марина, где устроил для нас прием помощник президента страны Омер Квраджалар. За три дня пребывания в Стамбуле мы не только познакомились с его уникальными достопримечательностями - султанским дворцом, храмом Святой Софии, Голубой мечетью, стамбульским базаром, но и провели пресс-конференцию для телевидения, прессы и ученых Стамбульского университете, установив с ними научные, спортивные и просто человеческие контакты.

Курс на Синоп взяли 4 августа. Первый день плавания проходил при хорошей бризовой погоде, а вот во второй - налетел сильнейший ветер. Досталось мне, откровенно говоря, изрядно. Находясь уже в состоянии хронического утомления, я раздражался даже от самой мысли о предстоящем движении на виндсерфере. В довершение ко всему, ночью совершенно не удалось выспаться. Яхту швыряло на огромных волнах, а моя койка оказалась сырой от случайно попавшей в открытый люк воды. Утром шторм стих и я, с воспаленными от "сладкого сна" глазами, продолжил свой путь. В 12 часов показался Синопский полуостров, похожий на увеличенную копию мыса Киик-Атпама у Планерского. Здесь снова усилился ветер, став после огибания Синопского мыса попутным. Чертыхая свою усталость и недоевший изрядно фордевинд, с трудом вхожу в гавань. Местные власти были изумлены: мы оказались первыми советскими яхтсменами, посетившими Синоп за всю историю взаимоотношений СССР и Турции!

Очень тепло встретил нас начальник гавани Укрю Гюмюш. Официальный прием, посещение музея и турецкой бани недолго запомнятся нам. Как, впрочем, и это происшествие. Буквально за 15 минут до нашего отхода из Синопа проезжавший по причалу грузовик переехал мачту и немного согнул ее в районе тола. Я буквально онемел от ужаса, но один из провожающих предложил помощь своей мастерской. И хотя ребята тут же унесли мачту, я долго еще находился, словно в шоке. Сказывалась, видно, и психологическая усталость. Но вот мачта установлена, плавание продолжилось. Погода все время была свежей и мое функциональное состояние ухудшалось с каждым часом. Еле-еле добрался до Трабзона. В отличие от курортного Синопа, он оказался большим промышленным городом с настоящим портом, но советских яхтсменов тоже увидел впервые.

Следующая остановка - Батуми. Плавание вдоль знакомых кавказских берегов было более привычным. Все те же слабые ветры от Батуми до Сочи и шквалистый норд-ост от Геленджика до Анапы. На этом отрезке в один из дней мне пришлось идти непрерывно без остановок 9 часов подряд. Здесь произошло еще одно перенапряжение сердца. На последнем этапе до Евпатории (35 миль), который мне так и хочется назвать "детским", нас опять ожидал сюрприз. Через час после выхода ветер усилился до 26 м/с...

Со штормовым парусом, идя в бакштаг, в обгонял яхту, идущую под всеми парусами. Вот таким образом мы буквально и подлетели к набережной Евпатории. Салют из ракетницы - наше долгое плавание закончилось. За 35 дней, из которых ходовых было 25, я прошел 1240 миль. В среднем по 49 миль в день! Мои друзья говорили, что я и сам не всегда представлял полностью всю серьезность этого предприятия. Возможно. Однако благодаря прежде всего их огромной психологической устойчивости, устремленности к достижению цепи и мне удалось преодолевать физическую и психологическую усталость. Несомненно, без чуткого и доброго отношение со стороны всех без исключение участников экспедиции, которые продумывали каждую мелочь моего быта, внимательно следили не только за здоровьем, но и за настроением, вряд ли можно было вынести все тяготы и лишение такой жизни на доске". Я очень всем им благодарен!

alt

 

Анонсы новостей

Выполнение судоремонтных работ

В 2017 году на территории Калининградской области было образовано ООО «Альфа-Континент», основной целью которого является выполнение судоремонтных работ специалистами компании по заказам судоремонтных предприятий. В зависимости от категории ремонта и типа судов, а также от устройства и оборудования цехов судоремонтные предприятия делятся на судоремонтные заводы, судоремонтные мастерские и ремонтно-эксплуатационные базы. Каждое судоремонтное предприятие представляет собой совокупность промышленных сооружений, технологического и другого оборудования. Оно должно иметь соответствующую территорию, акваторию для размещения судов, соответствующие цехи, судоподъемные сооружения, энергетическое, складское, транспортное хозяйство. На территории предприятия обычно располагаются все промышленные сооружения. Территория должна иметь достаточную причальную линию для расстановки судов. 

Читать полностью...



Copyright 2009 windsurfing.su


Яндекс.Метрика